«О профессии механика мечтал с детства»

— Виктор Петрович, когда вы пришли на комбинат?

— С комбинатом я познакомился в 1989 году, когда поступил в тогда еще завод-втуз, а сейчас — Карагандинский индустриальный университет. Весь первый триместр первого курса у нас прошел на территории комбината, а нашу группу распределили по разным цехам. Так мы обучались профессии «слесарь-ремонтник». Меня «забросили» на аглофабрику №2. Именно тогда я узнал, то такое металлургическое производство, металлургическое оборудование, понял, в чем заключается смысл выбранной мною профессии механика, о которой я мечтал с детства. Мне все сразу понравилось, и с этой дороги я больше не свернул. Получив диплом, пришел на аглофабрику №1 слесарем-ремонтником, но в рабочей должности работал совсем недолго. В ту пору, в 90-е годы происходила постоянная смена руководства, людей не хватало, поэтому практически сразу же меня назначили на должность мастера по ремонту механического оборудования участка агломерации аглофабрики №1, которая потом была закрыта за ненадобностью. И вот уже 22 года я работаю на дробильно-сортировочной фабрике. Сюда я пришел механиком, и, постепенно поднимаясь по служебной лестнице, стал начальником участка. Название моей должности постоянно менялось, но руководителем механослужбы я являюсь более 20-ти лет.   

— Расскажите о своей работе…

— Весь принцип работы службы по ремонту и обслуживанию механического оборудования заключается в том, чтобы обеспечить бесперебойную работу аглопроизводства. Чтобы наше оборудование работало и денем, и ночью, что особо важно для выполнения плановых показателей. Это значит, что нам нужно вовремя проводить ремонты, вовремя и правильно к ним готовиться, и, конечно, выполнять все качественно. Основное оборудование ДСФ – вагоноопрокидыватели, конвейеры, дробилки разных видов, грохота и многое другое. Все сырье, которое приходит на комбинат, мы принимаем на нашей фабрике, выгружаем его вагоноопрокидывателями, готовим сырье для доменного, агломерационного цехов и, соответственно, подаем для дальнейшей обработки, и наша задача – сделать так, чтобы описанный процесс был непрерывным.

— Сколько человек работает на вашем участке?

— Это больной вопрос, потому что штатная численность ремонтного персонала, которая была раньше, сократилась более чем в три раза. Когда 22 года назад я был переведен с цеха шихтоподготовки на ДСФ, численность составляла 72 человека. Сейчас – около 20-ти человек. При этом объем работы нисколько не уменьшился, рабочий день длиннее не стал. Поэтому все ремонтные работы мы стараемся проводить с применением новых, современных технологий, с оптимизацией трудовых процессов. Где-то справляемся волевым усилием персонала, и таким образом приходим к результату, когда 20 человек выполняют работу, которую раньше выполняли 70.

— Получается, один человек работает за троих, а то и больше?

— Я не согласен с такой формулировкой, потому что как раньше, так и сейчас люди работают по 8 часов, а те, которые выходят в смену, по 12. Все зависит от того, насколько человек загружен, и от его квалификации. Если работник знает, что он делает, и знает, как правильно сделать, то он не теряет время на поиски более опытного коллеги, который ему подскажет. Он не раздумывает, а сразу берется за выполнение поставленной задачи. В этом и заключается наш подход к ремонтным работам: уметь справляться с любыми ситуациями, будь то внештатная или аварийная, ничего не бояться. Благодаря такому подходу мы не даем производству остановиться.

— На вашем участке люди работают по многу лет?

— Нет, потому что, придя на ДСФ, я практически сразу занялся вопросом омоложения коллектива. Как известно, чем моложе человек, тем он выносливее, и может справляться с большим объемом работы. Я целенаправленно принимаю только тех, кто моложе меня, потому что именно такой человек будет стремиться делать свою работу хорошо и при этом не надрываться физически. Кроме того, молодой человек, так скажем, более податлив обработке, то есть чем меньше у кандидата опыта, тем легче нам будет научить его работать правильно, не тратя время на переобучение. Что касается работников предпенсионного возраста, то мы используем их опыт, знания, умения и силы для обучения новичков, но при этом делаем упор на молодежь. Я сам постоянно обучаю ребят столько лет, сколько тружусь на комбинате, и многие мои ученики сейчас занимают более высокие должности, чем я.

— Часто приходится слышать о том, что сейчас молодежь с неохотой идет на комбинат. Вы сталкивались с такой проблемой?

— Есть категория молодежи, которая с неохотой идет на производство. Думаю, это происходит потому, что практически любой молодой парень хочет показать девчонкам, что он хороший, то есть иметь квартиру, машину и высокий доход. Что поделать, такие требования предъявляют сейчас девчата. Естественно, придя на комбинат, молодой работник сразу все это не получит. Он будет получать заработную плату за свой труд, а сказать, что мы живем богато, нельзя. Мы – так называемый средний класс. Но из тех молодых людей, которые приходят на наш участок, еще никто не ушел, потому что мой принцип – каждому по способностям, каждому по труду. К сожалению, в настоящее время училища оторваны от производства. Если раньше люди, окончившие училища, приходили на комбинат уже готовыми специалистами, то сейчас те, кто обучался и получил диплом настолько пустые, что приходится учить их на месте. Они не знают почти ничего, и все из-за оторванности от производства. Такая у нас, к сожалению, система образования.

— То есть отсутствует нормальная производственная практика, которая была раньше?

— Может, студенты и приходят на комбинат, но до нашей фабрики они точно не доходят, потому что молодежь старается выбирать чистые цехи, например, листопрокатные. Когда человек впервые попадает на аглопроизводство, и не важно, по какой профессии он собирается работать, то первое, что его пугает, это высокая запыленность. АГП – одно из самых запыленных производств, и, придя сюда, человек первым делом обращает внимание на условия труда, и думает: «Как я здесь буду работать?». Современная молодежь привыкла к тому, что с детского сада вокруг нее все чистое и белое, то же самое в школе, колледже и вузе. Если вспомнить советское время, то детей классами водили на комбинат, организовывали для них экскурсии, чтобы они могли увидеть, где работают их родители, что они делают, почему приходят домой такими уставшими. А искры при разливе чугуна и стали настолько завораживали мальчишек и девчонок, что многие, окончив школу и получив соответствующее образование, устраивались на производство, выбирали металлургические специальности. Сейчас дети ничего этого не видят. У них есть смартфоны, интернет, и ни в коем случае не должно быть чего-то страшного, пыльного или грязного. Не важно, какого качества образование дают детям в школах, главное – чтобы все было чисто и красиво. Но дети должны видеть разную жизнь, что для многих сейчас недоступно. Поэтому неудивительно, что молодежь пугается наших условий. Есть молодые люди, которые никак не могут себя перебороть, и, поработав какое-то время, уходят. Но на моем участке таких случаев ни разу не было, потому что мы знаем, чем заинтересовать новичков, и им нравится наш коллектив.

— Коллектив слаженный, дружный?

— Мы делаем все для того, чтобы наши работники были именно коллективом. Я даже пошел на то, чтобы сократить количество мест отдыха. Если раньше их было шесть, то осталось два. Так общение стало ближе. Сели пить чай – кто-то какую-то жизненную ситуацию рассказал, кто-то совет дал, поддержал, помощь предложил. Тут и дружба появляется, общие интересы. Тут же договорились поехать вместе на рыбалку или еще куда-нибудь. Конечно, все это положительно влияет на рабочий процесс. И если говорить о современной молодежи, то у нее есть большой плюс: она не злоупотребляет алкоголем. У молодых сейчас другие интересы. Многие занимаются ремонтом автомобилей, советуются друг с другом, как правильно починить. И в городе они встречаются, вместе решают какие-то вопросы. Все это говорит о том, что у нас коллектив, в полном понимании этого слова.  

— Вы сказали, что мечтали о профессии механика. А кто-то из ваших родственников связал свою жизнь с комбинатом, металлургией?

— Нет. Я родом из села Литвинское Осакаровского района Карагандинской области (сейчас село называется Есиль), и огромное желание быть механиком у меня родилось, когда я еще понятия не имел, что такое металлургический комбинат, и даже не мечтал на нем работать. Я хотел чинить технику, которая используется в сельском хозяйстве, но когда я поступил в завод-втуз, и увидел на комбинате оборудование, намного более интересное, чем в поселке, то не захотел возвращаться. Как говорится, затянуло. И трое моих детей тоже не пошли на комбинат, нашли себя в других сферах. Так, старший сын работает в городе менеджером. Второй сын окончил Карагандинский медицинский университет, и сейчас лечит жителей Темиртау. Он – врач общей практики во второй поликлинике. А дочь недавно вернулась из Новосибирска с дипломом ветеринарного врача. Работать она будет в нашем городе. У моей жены самая благородная и необходимая профессия – домохозяйка. Все домашнее хозяйство на ее плечах. Моя задача – обеспечить семью, задача жены – сделать так, чтобы в семье каждый чувствовал себя хорошо и комфортно, а это дорогого стоит.

— Как вы предпочитаете проводить свободное время?

— 13 лет назад мы переехали в собственный дом, и все свободное время проводим на его территории. Кроме решения бытовых вопросов, я всегда ремонтирую автомобиль своими руками. Он никогда не был в автосервисе и, надеюсь, не будет. Еще у нас трое внуков, и мы проводим время с ними. Так что сидеть на месте нам не приходится – мы все время в делах.

Кира Щербакова