«Мы можем работать вместе и находить правильные решения»

28 сентября подписан Коллективный договор между администрацией ТОО «Курылысмет» и профсоюзами АО «АМТ». Уже перед началом обсуждения проекта договора у работников предприятия возникли вопросы. Людям не нравилось, что их «оторвали» от колдоговора АО «АМТ», и они опасались, что их колдоговор будет хуже. Работникам объясняли, что по новому закону ТОО «Курылысмет» как юридическое лицо обязано заключить отдельный договор с профсоюзами. Но в числе работников оставались те,  кто не верил в успех новой колдоговорной кампании.


В комиссию по коллективному договору вошли пять представителей администрации АО «АМТ» и ТОО «Курылысмет» и столько же представителей профсоюзов. Юрий Баранов, Александр Дерябин, а позднее Виктор Акимов, член профактива РМЗ, представляли «Жактау». Проект колдоговора был опубликован конце 2017 года. В январе 2018-го прошло обсуждение проекта в цехах УПЗ ТОО «Курылысмет». Работники предложили внести в проект новые пункты, и комиссия приступила к его доработке.


В интервью «Магнитке плюс» председатель профкома РМЗ и УПЗ Александр Дерябин рассказал, как проходили переговоры, и каким в итоге получился Коллективный договор.

— Александр Михайлович, члены комиссии от профсоюзов представляли интересы людей, работающих на разных площадках – в стальном и угольном департаментах АО «АМТ». Как вам удавалось договариваться? Или вы принимали пункты отдельно для каждого департамента?

— Все пункты Коллективного договора одинаковы для всех. При их обсуждении действительно возникали сложности, и нам было непросто. Вы знаете, что на работников ТОО «Курылысмет», работающих в стальном департаменте, распространялся коллективный договор, заключенный АО «АМТ» и профсоюзом «Жактау», а у работников шахт был свой договор, подписанный администрацией и профсоюзом «Коргау». Комиссии предстояло объединить два документа в один. Нам было тяжелей, потому что в нашем колдоговоре присутствовало много пунктов, которых не было у угольщиков. И если мы сохраняли какие-то льготы для своих работников, те же пункты автоматически должны были распространяться на шахтеров. Но в цехах УПЗ 480 человек, а на их площадке около 1300. Представьте, как возрастала цена вопроса. К примеру, компенсацию на уголь у нас получают 42 человека, а в угольном — 500.
Что нам помогало? Мы могли ссылаться на Отраслевое соглашение, по которому новый коллективный договор должен быть не хуже предыдущего. Было сложно, долгое время мы не могли согласовать ряд пунктов, но не хотели вносить эти вопросы в протокол разногласий и привлекать к их решению кого-то еще. Мы не видели смысла в том, чтобы подписывать колдоговор без согласованных пунктов, а затем дорабатывать их и вносить в соглашения. Поэтому работа над проектом затянулась. Но в итоге мы смогли сохранить практически все, что было в предыдущем договоре. Не согласовали только два вопроса – по изменению системы премирования рабочих и служащих и предоставлению дополнительных дней отпуска. Эти вопросы мы запротоколировали и обязались до 31 декабря 2018 года согласовать – с тем, чтобы они стали неотъемлемой частью коллективного договора.

— Расскажите коротко об основных пунктах, которые включены в колдоговор.

— Индексация заработной платы, 13-я зарплата, компенсация за уголь, компенсация при выходе на пенсию в течение полугода после достижения пенсионного возраста – в этом случае работник получает восемь средних заработных плат. Пособия многодетным семьям, выплаты по уходу за ребенком – здесь сумма получилась меньше, чем на комбинате – у них 1,5 МЗП, у нас – 1 МЗП. И мы так же, как и на комбинате, выдаем беспроцентные ссуды – на лечение, обучение детей, покупку жилья.

— Что предусмотрено для работников, занятых на вредных участках?

— У нас есть дополнительный отпуск за вредные условия труда для профессий по правительственному списку и перечню, предусмотренному коллективным договором. Мы сохранили лечебное питание в полном объеме для тех, кто его получал. Оставили списки на получение утепленных ботинок и нательного белья. Прописали положение о Производственном совете, который будет работать над улучшением условий труда, предусмотрели поощрения для технических инспекторов. Сохранили компенсации для семей в случае гибели работника и ряд других пунктов.

— Когда шла работа над колдоговором, в цехах УПЗ вводили новую систему оплаты труда. Добавило ли это сложностей в работе над документом?

— На новую систему оплаты труда в УПЗ переходили с января по март. Всех, кто работал по повременной системе, перевели на оклады. В них включили доплаты, которые были раньше – за профмастерство, расширенную зону обслуживания, замещение отсутствующего. Например, тариф был 80 000 тенге, оклад со всеми доплатами стал 120 000. В новой системе, на наш взгляд, появилось много плюсов: во-первых, мы «похоронили» ту проблему, когда для подтверждения части этих доплат мы должны были периодически ездить за подписью руководителя в Караганду. Кроме того, мы сразу предусмотрели индексацию окладов на уровень инфляции. Но не все сразу поняли принцип новой системы. Поэтому мы много ходили по цехам, вместе с трудовиком, начальником управления объясняли, что доплаты никуда не исчезли, а наоборот, закреплены в окладе. Рассказывали, что в начислениях остается всего несколько позиций – оклад, премия, доплаты за вредные условия труда, у кого они есть. И все. Если будет работа в выходной день, доплата пройдет отдельно, замещение – отдельно. Говорили: если есть какие-то вопросы, приходите, мы все объясним и покажем.
Система оплаты труда отражена в соответствующем положении, и туда же будут включены пункты о премировании. Если раньше мы получали премию от комбината, сейчас – от своих показателей, производства и реализации продукции. Положение, как я уже говорил, будет доработано до конца года.

— Пока шло обсуждение, вы не озвучивали почти никакой информации о том, как идут переговоры.

— Мы подписали протокол о неразглашении, поэтому я, например, не давал никаких комментариев в газету. О чем можно говорить до тех пор, пока решение не принято? Должен быть конечный результат, а уже потом можно выносить все на публику. Это мое мнение, и я его не поменял, несмотря на то, что переговорный процесс был непростым, а со стороны работников шло много негатива в мой адрес и в адрес профсоюза.
Сейчас колдоговор должен пройти мониторинг в инспекции труда. После я начну встречаться с людьми и подробно рассказывать о том, каким получился наш Коллективный договор. Буду настаивать, чтобы на рабочих оперативках мне давали больше времени. Думаю, что руководители цехов меня поддержат, потому что над коллективным договором мы работали вместе с администрацией «Курылысмет».

— Вы чувствуете удовлетворение от проделанной работы?

— Да, у меня есть чувство удовлетворения. Осталось решить два вопроса, о которых я говорил, чтобы поставить точку. За все время работы над договором я получал поддержку от Виктора Петровича Щетинина — он постоянно был на связи и помогал во всем. Хоть и не сразу, но мы нашли общий язык с Александрой Ивановой, которая на начальном этапе представляла администрацию ТОО «Курылысмет». Мы поняли, что можем работать вместе и находить правильные решения. Позже к работе подключился Владимир Яблонский (нынешний руководитель ТОО «Курылысмет»), который подходил ко всем решениям очень взвешенно. В целом, мы работали с большой группой людей, включая экспертов, и каждый внес свой вклад в то, чтобы Коллективный договор получился таким, какой он есть сейчас.

Наталья Прончатова

Оставить комментарий